О правовом статусе «коллекторского бизнеса»

О правовом статусе «коллекторского бизнеса»

В Управление Роспотребнадзора по Ленинградской области обращаются граждане с жалобами на действия сотрудников кредитных организаций и коллекторских агентств по взысканию долгов, а также с просьбой принять меры по пресечению нарушений их прав как потребителей финансовых услуг. Потребители указывают на факты незаконного получения агентствами персональных данных и предъявления требований о погашении задолженности, которые зачастую сопровождаются угрозами.

Управление разъясняет, что поступающие обращения не могут быть положены Управлением в основу каких-либо практических действий, связанных с реализацией возложенных на него административных полномочий и функций в сфере защиты прав потребителей, поскольку между коллекторами и потребителями соответствующих банковских услуг (даже в том случае, когда последние действительно являются должниками по кредитным обязательствам перед банками) отсутствуют в принципе отношения, основанные на возмездном договоре выполнения работ (оказания услуг), что является необходимым условием наличия потребительских правоотношений как таковых.

Из-за невозможности вменить лицу, не являющемуся субъектом отношений, регулируемых законодательством о защите прав потребителей, обязанность по соблюдению норм этого законодательства, такое лицо соответственно не может быть привлечено Управлением в рамках установленной компетенции Роспотребнадзора к административной ответственности, так как отсутствие события административного правонарушения согласно пункту 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ относится к безусловным обстоятельствам, исключающим открытие производства по делу об административном правонарушении.

В то же время, согласно правовой позиции, которой последовательно придерживается Роспотребнадзор, передача банком права требования долга с заемщика различным небанковским организациям (тем более при наличии спора о наличии долга как такового) не основана на нормах права.

В соответствии с положениями ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. При этом не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Тем временем, в рамках кредитного договора с банком, правосубъектность которого изначально достаточно жестко регламентирована законодательством о банках и банковской деятельности, личность кредитора, имеющая статус коммерческой организации в качестве именно банка, имеет для заемщика существенное значение на всем протяжении соответствующих правоотношений.

Так называемые коллекторские агентства, не будучи субъектами банковской деятельности, ни при каких обстоятельствах в данном случае не могут заменить банк в качестве нового кредитора, равнозначного кредитной организации по объему прав и обязанностей, поскольку по смыслу ст. 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Такого рода требование при его безусловном соблюдении не должно и не может, по мнению Роспотребнадзора, принципиально менять природу правоотношений между первоначальным кредитором и должником, так как в силу положений п. 2 ст. 308 ГК РФ «если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать».

Кроме того, по общему правилу, регламентированному положениями п. 2 ст. 385 ГК РФ «кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования».

Между тем, банк обязан гарантировать «тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов» (ст. 26 «Банковская тайна» Федерального закона от 2 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности»), что делает невозможным соответствующую уступку права требования по возникшим обязательствам коллектору без нарушения положений названного закона, тем более что связанная с этим перемена лица в обязательстве (если она состоялась) не будет позволять должнику реализовать свое право на выдвижение возражений против требований нового кредитора (не являющегося исполнителем финансовой услуги и не обладающего специальной правоспособностью кредитной организации), которые он имел (мог иметь) против первоначального кредитора - банка (ст. 386 ГК РФ).

Более того, в данном случае кредитная организация в первую очередь допускает нарушение п. 1 ст. 857 ГК РФ, согласно которому «банк гарантирует тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте», а также норму п. 2 этой же статьи, в которой исчерпывающе разрешен вопрос о всех возможных получателях сведений, составляющих банковскую тайну, - ими могут быть только сами клиенты или их представители, а в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, - бюро кредитных историй, государственные органы и их должностные лица.

Вместе с тем, Управление считает необходимым обратить внимание на следующее:

1. если Вам поступают требования о погашении задолженности по договору, стороной которого Вы не являетесь, и/или требования о погашении задолженности сопровождаются угрозами различного характера, подобные действия могут быть квалифицированы как административное правонарушение и/или уголовно-наказуемое деяние, в этом случае Вы вправе обратиться с соответствующим заявлением в правоохранительные органы;

2. если необходимо оценить действия коллекторских агентств с позиции законности получения Ваших персональных данных, следует обращаться в Управление Роскомнадзора по Ленинградской области;

3. при наличии гражданско-правового спора по вопросу ненадлежащего исполнения обязательств, принятых на себя сторонами по договору (в случае предъявления банком требования о погашении задолженности), разрешение спора при его неурегулировании в досудебном порядке возможно исключительно в суде, поскольку рассмотрение и разрешение имущественных споров отнесено к компетенции судебных органов в соответствии с подведомственностью дел, установленной гражданским процессуальным законодательством (ст. 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации).